Королевский двор и гвардия


Полагают, что она состояла из 120 конных лучников и была создана Эдуардом III в 1356 году. Но еще 20 октября 1334 г. выплатили жалованье Джону Уорду и 99 «конным лучникам, выбранным для личной охраны короля в графстве Честер» (по 6 пенсов в день), а 20 ноября «два штандарта с гербами короля были представлены вышеупомянутым Джону и Генри Пледур, чтобы нести их перед королем» вместе с 178 лучниками. Еще 55 лучников из Честера тогда же были включены в доверенность на жалованье. Для нового похода против шотландцев (1335 г.) 162 лучника были вновь отобраны в Честере «для тела короля». Они получали по шесть пенсов, а их глава, все тот же Джон Уорд, - восемь пенсов в день. В 1351/2 г. 150 из лучников короля получили куртки (куртпи) его ливрейных цветов. И во время осады Кале Роджер де Эльмередж (Эльмбридж), «слуга» (valletus) короля, был послан в Шропшир, Герефордшир и Вустершир набирать там лучников для «особой защиты королевской персоны».

С той или иной степенью постоянности гвардия лучников содержалась преемниками Эдуарда III (еще в 1468 г. Эдуард IV имел гвардию в 200 лучников) и часто упоминается в правление Ричарда II. У этого государя телохранителей набралось на настоящую небольшую армию (правда, это его не спасло от низложения и гибели), носивших его эмблему (белый олень). С 1397 г. он набирал в графстве Честер воинов, обязанных за ежегодное жалованье сопровождать его во всех разъездах. Жан Фруассар говорит, что Ричард использовал не менее 2000-3000 чеширских лучников в последние годы своего правления. По некоторым данным, в сентябре 1397 г. 4000 чеширских стрелков с его эмблемой «Белого оленя» сопровождали Ричарда в парламент. Они получали еженедельно жалованье за личный счет короля, но лишь 300-400 из них фактически выполняли функции личной охраны монарха. В сентябре 1398 г. «мастеров чеширской стражи» насчитывалось 750 человек, в том числе 10 рыцарей, 97 оруженосцев и 311 лучников. Ежегодное содержание этих чрезвычайно непопулярных (но преданных королю – многие из них сражались при Шрусбери на стороне Перси) войск обходилось в более чем 5000 фунтов. Чеширские лучники вообще, похоже, считались наиболее подходящими для охранной службы – они были в гвардиях Эдуарда III, его сына Черного Принца, его внука Ричарда II. Черный Принц завел у себя гвардию из ста «благородных» чеширских лучников. Фруассар упоминает «рыцарей его тела и рыцарей его спальни» при Пуатье. И «в то время, когда сэр Ральф д’Уффорд был Вице-королем Ирландии, с ним было много рыцарей и эсквайров, и благородных лучников из графства Чешир».

До появления конных лучников гвардией монарха являлись «сержанты при оружии» (serjeants-at-arms) и пешие лучники-телохранители. Ордонанс 1318 г. установил их численность в 30 сержантов (с тремя лошадьми каждый) и 24 стрелка (по три пенса в день) соответственно. Хотя лучников обычно было лишь 20, а сержантов от 23 до 27. Вероятно, это объясняется их частыми отсылками от двора с различными административными поручениями (как Уолтер Лестер в 1372 г. с шевоше Невила). Сержанты обязаны были каждый день сопровождать верхом короля, четверо из них спали ночью за дверью королевской спальни. Они получали 7,5 пенса в день и еще 4,5 пенса дополнительно за службу в качестве латника в походе. Лучники должны были идти перед королем, когда он разъезжал по стране. В Шотландской кампании 1338 г. 12 сержантов при оружии, 36 придворных эсквайров и 60 королевских лучников, первоначально из числа сопровождавших туда короля в январе, оставались там до июня в свите сэра Томаса Понингса. Примерно 12 сержантов участвовали в шевоше 1369 г., хотя сам король не присоединился к ним.

Старый принцип англо-нормандского времени, когда королевский двор (отель), свиты баннеретов, рыцарей и клерков двора, составляли основу армии в случае войны, продолжал действовать и в период Столетней войны (примерно до 1360 г., когда его сменила система содержания небольшого числа высокопоставленных рыцарей палаты). Особенно в начале конфликта, когда большинство баннеретов и рыцарей двора были ветеранами Шотландских походов. Не менее 60 % латников армии, высадившейся в июле 1338 г. в Антверпене, имели отношение к королевскому двору – около 850 человек, включая свиту Джеффри ле Скроупа и других лиц. Если ограничиться рассмотрением свит баннеретов и рыцарей (включая клерков с этим титулом), получим около 600 латников в придворной «баталии» (57 % численности свит всей армии, т.е. только 450 латников служили в свитах, капитаны которых не были связаны с двором). Из 62 баннеретов (17 человек) и рыцарей (45) двора Эдуарда во Фландрии тогда действовал 61! В ходе кампании 5 придворных были повышены до баннерета и 18 стали рыцарями. Судя по неполному списку на выплату жалованья сражавшимся при Слейсе войскам, придворный корпус (800 человек), похоже, составил примерно 60 % (или, скорее, 50-55) латников в английской армии. В Бретонской кампании процент был несколько меньшим, 40 % (45 % в армии, приведенной королем в октябре), но и здесь мы видим придворные войска стабильной численности (800) в составе главной армии.

Доминирование придворных войск в ранних кампаниях Эдуарда III было тесно связано со сравнительной слабостью еще не окрепшего графского сословия и, в частности, с отсутствием активных в военном отношении членов королевской фамилии. И в кампании 1359-1360 гг. огромные свиты принца Уэльского и герцога Ланкастерского вместе с большой группой носителей графских титулов объясняет тот факт, что роты придворных баннеретов и рыцарей составили только примерно 1/6 всех латников. Впрочем, еще армия, отплывшая на континент в сентябре 1369 г., состояла по традиции в основном из «королевской свиты» - его вассалов (около девяти баннеретов и 35 рыцарей короля).

Хотя придворный, командир свиты, получал содержание и платье от короля, люди, которых он, будучи нередко отпрыском магнатской фамилии, набирал, приходили из рядов военного класса в целом, опираясь на «замысловатую и далеко идущую … сеть баронской власти» (Н. Сол). Придворный рыцарь (как сэр Николас де Лангфорд) мог привести только двоих эсквайров, но свиты баннеретов короля обычно были более масштабными по размерам. В Шотландских кампаниях в свитах было 10-60 воинов, при Слейсе они варьировались в составе от 10 до 79 латников, часто еще и с отрядом лучников.

Да и в мирное время при дворе всегда находилось достаточное количество дворян, оруженосцев и йоменов (безземельные дворяне без рыцарского звания), получавших и тогда особое содержание: 10 марок баннереты и 5 рыцари. Список получивших зимнюю одежду (всем придворным дважды в год давали сукно на ливрею или деньги вместо него) в 1334 г. включал девять баннеретов, 27 рыцарей и 79 эсквайров. А королевский Гардероб представлял военное казначейство.


Автор: Нечитайлов М.В.









© 2006 КИР "Brego-Weard"
brego-weard@mail.ru